Виктория Килеева. Скажи мяу, ведьма, или Дом проклятых кошек

— Ты хоть дьявола видела?

— Видела. Но мы называли его Библиотекарем.

Луна в глазах Филиппа засияла чуть ярче.

— Как ты его вызвала?

— Никак. Он сам к нам в гости пожаловал, мы его даже не приглашали.

— Почему не приглашали?

— У нас не убрано было.

Другие цитаты по теме

— И за чем же дело стало?

— За тем, что мне моя свобода дороже вашей колдовской силы.

— И что же в ней такого дорогого?

— Только глупцу непостижимо, что дороже свободы ничего не бывает, и никакая магия с ней не сравнится!

Библиотекарь закивал и как бы невзначай заметил:

— А ещё у нас проходят шабаши с полуголыми ведьмами.

— Насколько полуголыми? — заинтересовался Андреас.

— Господа, — со страстью вмешался дознаватель, — смею напомнить, что под влиянием гуманистических идей правила дознания существенно смягчились. Мы же всё-таки не в средневековье живём! Во-первых, нельзя применять различные виды пыток в один день, а во-вторых, нельзя пытать человека дольше получаса.

— Безобразие какое, — скорчил лицо общественный обвинитель. — В прежние времена пытали часами, и это шло следствию только на пользу. Никакие душегубы не могут сравниться с ведьмами по тяжести преступления, а посему христианская милость для них недопустима! Вина ведьм превосходит всякий грех!

— Пытать людей часами — негуманно! Получаса вполне достаточно.

— Я же сказала — не входить!

— А убирать за тобой кто будет, злыдня? Такой погром учинила.

— Ты колдун, ты и убирай.

— Господин советник, вы что, не верите в ведьм?

— Разумеется, верю! — испугался тот. — В конце концов, я двадцать лет женат.

— Значит... вы сожжёте меня на костре? — услышала она свой глухой голос.

— Ну что ты, милочка, — оскалился обвинитель. — Дрова нынче дороги. Конечно, не сожжём.

С губ сорвался облегчённый вздох.

— ... Всего лишь повесим.

— Ты будешь мне помогать? Надо стереть кровь, перепрятать колдовскую книгу и мои платья.

— Платья-то зачем?

— Ненавижу, когда мою одежду носит кто-то другой. Ты куда?

— Прятать свои трубки! Я тоже, если хочешь знать, брезгливый.

— Откуда нам знать, что произнесённое тобой не набор слогов, а дьявольское заклинание?

— А откуда вам знать, что дьявольское заклинание не набор слогов?

— Нам придётся применить к тебе пытки.

— Это ещё зачем? — задрожала она. — Что это даст?

— Весьма немало, — сказал епископ. — Либо ты не выдержишь боль и признаешь, что ты ведьма. Либо ты выдержишь боль, и это докажет, что во время пыток дьявол лишил твоё тело чувствительности, а значит, ты ведьма.

– Я не хочу быть ведьмой.

– Чего это? Тебе сам Бог велел ведьмой быть.

– Ты хоть понимаешь, что сейчас сказал?

— Бабушка всю жизнь прожила в бедности, чтобы её не уличили в колдовстве, а оно вон как было! Все вокруг и так прекрасно знали, что она ведьма.

— У твоей бабки была слишком типичная внешность.