Татьяна Белая

— А лицо хорошее, на злодея не похож.

— Я боюсь, что если был бы чемпионат мира по хорошим лицам, победили бы злодеи.

— А ты какой-то ерундой занимаешься!

— Чтоб ты знала, эта ерунда значит, что под окнами дома Иванова след каблука Зайцевой.

— Значит Зайцева пытала Иванова, он открыл ей тайник, она взяла деньги, потом ударила его кочергой и выпрыгнула в окно!

— А потом Иванов встал, догнал ее, придушил, вернулся и умер.

— Что, Ванечка, подыскиваешь себе новую губную помаду?

— Да. Вот решил сменить имидж. А то с девушками не везёт что-то. По крайней мере, с одной из них.

— Думаешь, с мужчинами будет проще?

— Я говорил тебе, что ты гений?

— Да-а...

— Я тебя обманул.

— Меня никогда не берут на дело.

— Меня тоже.

— Тебя возьми на дело, второе будет.

— Рентапил не сразу действуют. Мне когда аппендицит вырезали, я успела до 15 до считать.

— Тебе аппендицит вырезали? Покажи...

— Ну что, будем осматриваться?

— Ага. Только призраков Розенталя из углов повыгоняю.

— Убийство совершено нестандартным хорошим клинком. За таким и поухаживать не жалко.

— За мной бы кто-нибудь поухаживал. Я тоже хороший, нестандартный.

— Вся современная криминалистика базируется на правиле Локхарда: два взаимодействующих предмета обязательно оставляют друг на друге следы.

— Я помню, Галина Николаевна, я же не все ваши лекции прогуливала.

— Привет, Тань. Чего так поздно-то?

— Я была на курсах экстремального вождения.

— Кто ж тебя туда пустил-то?

— Ну знаешь, допусти меня только до вождения, а уж экстремальным я его как-нибудь сделаю.