Анастасия Мурзич

Современная поэзия — это крепкие корни мирового литературного наследия плюс дыхание сегодняшнего дня плюс вечность, отражающаяся в стройной фразе...

О чем поэзия?.. Любая поэзия — если она Поэзия — о самом Главном. И для каждого автора во все времена самым Главным было и есть его персональное самое Главное. Однозначно здесь не ответить.

Любое произведение искусства — это зеркало, в котором отражается зритель, читатель, слушатель. Мы всегда и во всем видим только себя. И наш протест обычно вызывает именно то, что в нас есть, то, что мы так не любим в себе, то, что мы скрываем от себя... Моя книга «Золото из грязь» — это антипропаганда! Ни один вменяемый читатель не рискнет повторить путь героя! Наоборот, может быть, дочитав его историю до конца, он научится отличать собственные ценности от ценностей, навязанных нам развращенным Обществом и Временем вседозволенности. Чем больше грязи окружает человека, тем сильнее ему хочется отмыться от нее...

Я думаю, что жизнь существует только вне зоны комфорта. Зона комфорта – это спячка. Пока человек не напрягается – он и не живет вовсе, он просто плывет по течению, словно бревно, он не способен что-либо добавить к потоку, он плывет, плывут вместе с ним минуты, часы, дни. Человек обязан вытянуть себя за волосы из этого потока, преодолеть себя, превозмочь, пересилить. Тогда он почувствует в полной мере, что такое – настоящее – движение!

Опять про геев?.. Вопрос становится популярным! Несколько хороших человек именно так прокомментировали мои посты о новой книге «Молоко и кровь»: «Опять про геев?». Общественное мнение, ничего не поделаешь. А стали бы мы спрашивать у писателя: «Опять про натуралов? Странно звучит, верно? Я пишу не о голубых, не о геях. И не о натуралах. Не о православных, не о язычниках. Не о вегетарианцах, не о йогах, не о... Нет! История Леонардо да Винчи — это история одного гения или одного гея? Или одного вегетарианца? Как вам кажется?

Я пишу — о людях. О — разных — людях. Они геи?.. Возможно. Они не едят мяса?.. Вполне вероятно. Они пишут музыку и картины? О, да! Они создают гениальные спектакли? Точно!

Они ищут себя, свою дорогу — к Свету. Это самое важное в моих книгах. Но кто их прочтет?.. Они же о геях, оказывается.

Я думаю, что большинство не испытывает острой потребности в красоте. Потому что на глазах у большинства шоры. Эти люди живут не своей жизнью, как машины. Их кто-то запрограммировал… Даже если они ходят в театры, на концерты, если они «покупают» красоту, они все равно не испытывают в ней нужды. Они это делают, потому что так престижно. Это в лучшем случае. Поэтому, я всегда говорю, что красоту нужно навязывать! Нужно рассказывать о ней, всячески ей помогать – пробиться к людям. Красота – точно – способна изменить мир к лучшему. Но для того, чтобы она смогла это сделать, людей нужно подготовить, воспитать вкус к красоте… Нужно соединить красоту с человечеством.

Дружба — это страстная платоническая любовь. Плюс общие интересы. Это бескорыстная помощь, это непрекращающаяся потребность в человеке. Даже если его нет рядом. Дружба — это то, что выдерживает испытание временем. То есть то, что никогда не проходит. Не бывает бывших друзей, по-моему. Или друзей детства...

Мое счастье — это когда совесть чиста, когда получаешь удовольствие от любимого дела, когда в перспективе крутой проект, когда дети обнимают и говорят о любви... Счастье — это равновесие.

Дружба — это страстная платоническая любовь. Плюс общие интересы. Это бескорыстная помощь, это непрекращающаяся потребность в человеке. Даже если его нет рядом. Дружба — это то, что выдерживает испытание временем. То есть то, что никогда не проходит. Не бывает бывших друзей, по-моему. Или друзей детства...

Мое счастье — это когда совесть чиста, когда получаешь удовольствие от любимого дела, когда в перспективе крутой проект, когда дети обнимают и говорят о любви... Счастье — это равновесие.

Писательский долг перед человечеством должен быть игрой для личного удовольствия. Я пишу книги, которые мне самой будет интересно прочитать. Я люблю своих героев, я хочу познакомить их с читателями. Я хочу, чтобы в стихах пульсировала моя кровь. Но я знаю, я ответственна за то, что я пишу. Я должна сделать больно читателю. Без боли он ничего не поймет… Без боли – нет красоты. Без боли – нет добра. К сожалению.